Пятница 13

Стандартный набор жертв среднестатистического маньяка разбавлен очаровательным азиатским юмористом и бодрым чернокожим говоруном, которые замучили компанию своими беседами и выходками еще задолго до появления Вурхиса. Там, где только возможно, их присутствие придает картине то, чего не хватает большинству хорроров, - иронии и черного стеба. Насколько можно видеть, Ниспел сознательно выходит за рамки «пятничного» жанра. Здесь откровенно больше качественных выдумок сценариста, а тема красивого секса почти полностью раскрыта. Больше интересных картинок, на которых стремится задержаться глаз. А главное, больше шуток и нормальных таких, человеческих разговоров, что, как ни странно, тоже придает уже невесть какой по счету «Пятнице» неожиданную оригинальность.

Калейдоскоп эмоций раскачивает зрителя от одного впечатления к другому, совершенно противоположному, что и составляет движущую силу фильма. Скучать не приходится, когда подростковые шуточки «ниже пояса» вдруг сменяются пугающим криком, сцена жаркого секса обрывается жестоким убийством, романтическая прогулка заканчивается безумным бегом через лес. Формула этого слэшера – секс и убийства. Вокруг двух столь разных действий и эмоций крутится всё действие. «Пятница, 13» - исключительно хороший ремейк, переосмысливший тему оригинала созвучно современной стилистике и технике. Только надо понимать, что одиннадцатый фильм про Джейсона, несмотря на все достоинства, остается просто очередным ужастиком.

Единственное, что отличает свежий фильм от его многочисленных предшественников (в лучшую, кстати, сторону) — то, что в нём Маркус Ниспел даёт ответ на вопрос «Что получилось бы из „Пятницы, 13-е“, если бы на неё дали денег раз в десять больше, чем обычно?» Конечно, тут надо аккуратно с цифрами — речь не о ста миллионах долларов вместо десяти, скорее о пятнадцати вместо полутора. Но этого с лихвой хватает на всё. И на детали оформления, и на не совсем тупоголовых сценаристов, и на общую полировку фильма, и на вменяемое свежее мясо в главных ролях. Ниспел прилежно воспроизводит всю нехитрую иконографию, накопившуюся в сериале с 80-го года — вот знакомый щелчок с эхом в саундтреке, вот убийство с помощью спального мешка, вот мачете вырывается из-под пола, вот хоккейная маска медленно опускается на дно озера, вот «неожиданный» финальный кадр. Всё очень просто. Очень знакомо. Очень эффективно.

Франшиза никогда не отличалась железобетонной логикой, а представленное на экране позволяет не отвлекаться на драматургические изъяны. Нашпигованная цитатами и реверансами, она больше всего напоминает отлично выполненное болельщиками голкипера домашнее задание — даже «Хэллоуин» Роба Зомби, при всех его прелестях и новациях, не источал столько любви к возвращающему в детство оригиналу, одинаково трафящей фэндому и восхищающей новичков. И если уж суждено было «Пятнице, 13-е» сбросить груз тридцатилетней истории, то пусть лучше это произойдет так, чем за дело возьмутся люди, не видящие за прославленным брендом ничего, кроме возможности заработать. Ведь, «Пятница, 13-е» — это не просто очередной слэшер, а главная веха жанра. И обращаться с ней нужно соответствующе.

Фильм мне понравился. Да, пусть проштампован насквозь, пусть ничего нового, пусть непонятно почему Джейсон убивает днем и засчет чего он так раскачался (был же болезный мальчик, ведь. Хотя одна идея у меня появилась - он копал катакомбы. Долго копал). Это все не самое важное. А самое важное - это настоящее возвращение одной из самых знаменитых слэшерных франшиз. Джейсон убивал, Джейсон убивает, Джейсон будет убивать. Место действия - заброшенный лагерь Хрустальное Озеро. Время действия - пятница, тринадцатое любого года.

Перед нами не совсем римейк, а новое прочтение популярной истории. В картину вошли сюжеты трех первых частей франшизы. Не обошлась эта картина и без клише. Но с этим беда везде, не только в американском кино. Посему не стоит заострять на этом внимание. Другое дело, что Маркусу Ниспелу не удался саспенс, которым прославился оригинал.Режиссер увлекся построением нового образа Вурхиза и пожертвовал для этого особым чувством страха, не отпускающим зрителя до конца. Возможно, в следующей части Ниспел учтет свои промахи и обрушит на зрителя все затаившиеся в глубине страхи.

В картине много крови, убийств, секса и юмора. Пошловатая шуточка сменяется кровавой расправой, а чувственный разврат — зверским убийством. Темп фильма поддерживается и в «фальшивом» прологе, и в основной части очень живенько: дрожит камера, играет зловещая музыка, героев поджидает все более изощренная гибель. Как и положено в «перезагрузочном» фильме, все разъясняется весьма доходчиво, и неофиты, не знающие первоисточников, не запутаются — кто, кого и зачем. А, судя по финальным кадрам, продолжение, похожее скорее на возрождение, безусловно, последует. Так что вместо римейка или приквела поклонники фильмов ужасов получили новый отсчет. На них, любителей, эта эффектная картина и рассчитана. Остальным стоит помнить: это просто ужастик, и ничего больше. Не нравится жанр в целом — лучше и не смотреть.

Создатели свежей «Пятницы» озаботились тем, чтобы легенда о Джейсоне приобрела очертания чуть ли не мемуаристики, для чего в картине довольно подробно раскалдываются ключевые эпизоды первых фильмов о Джейсоне, мальчике, который утонул в летнем лагере по недосмотру воспитателей, и который каждый свой день рождения, возвращается из ада, чтобы убивать. Отдана дань внимания и его смерти, и Памеле Вурхис, и объяснению возникновения фирменной экипировки. Для фанатов этого сюжета подобные экскурсы в прошлое – бальзам на душу. Новая «Пятница», сделанная не без шероховатостей, заслуживает внимания, как проект, сделанный в любви к жанру и попытке придать новое дыхание одному из самых популярных сюжетов в нише фильмов ужасов.

Нет, первая половина новой "Пятницы" — зрелище вполне достойное. С первой группой подростков Джейсон вообще разделывается за какие-то пятнадцать минут — очень бодро, смачно и без лишних проволочек. Следующая партия "мачетного мяса" тоже, в общем-то, поначалу радует — и ведут все себя более-менее в рамках логики, и Джейсон с первыми жертвами расправляется как-то весело, с огоньком в глазах. Будь фильм таким от начала и до конца — цены бы ему не было. Точнее, была бы, но исключительно высокая. Однако тут Канон совсем уж распоясывается, зовёт на помощь толпу Штампов. Поэтому свежая "Пятница, 13-е" оказалась не шибко-то и свежей — так, слегка черствой и заплесневевшей, хотя с виду вроде бы ничего. К употреблению годна, но вкусовые качества оставляют желать лучшего и заставляют мечтать о более разнообразной и здоровой пище.

На сей раз – как и в случае с «клюквенным» боевикинговым «Следопытом» – могучий немецкий резец-бензопилец дал, кажется, маху. Попытка вдохнуть новую жизнь (или, вернее, новую кровь, а еще вернее – новую смерть) в похождения адского вратаря едва ли увенчалась успехом: конечно, бойня стала более натуральной, жесткой, резкой, отрывистой (во всех значениях этого слова и его однокоренных «родственников»), но принципиально проект не претерпел никаких изменений.

Запросы аудитории были приняты и учтены вполне. Ловушкой же для фильма, как, впрочем и для всего на свете, стал юмор и секс, которыми создатели решили присыпать все это кровавое месиво. За «секс» в картине отвечают 6 грудей обнажающиеся соответственно в начале, середине и конце фильме. Они молчаливы и потому вполне себе приятны. Юмор решено было сделать звеном постоянным, попутчиком всего действия картины: «Нам хотелось вернуть в этот проект веселье…, - вдохновенно делился задумкой все тот же Эндрю Форм, - чтобы ребята из колледжа оттянулись по полной». Оттянулись. Укуренный афроамериканец пытается маструбировать на каталог зимней одежды. Другой острослов демонстрирует исключительное знание амонимов. Третий, вероятно, большой знаток блоггов, реагирует на обнаженку: «Тема сисек у тебя раскрыта». В этом контексте гнев маньяка в маске выглядит уже вполне оправданным.

С одной стороны, Джейсон не обделен мозгами, раз смог развернуть настоящую партизанскую базу и при этом скрыть ее от глаз посторонних. С другой стороны, как только появляется очередной студент или студентка, мозг у него явно отключается и начинается сплошная мясорубка ради мясорубки, безо всякой фантазии, с отсылками, цитатами и прочим постмодернизмом на радость фанатам и простым смертным во зло. Шуточки про богачей, травку, секс и сами откровенные сцены, может, и отвлекут от неадекватности нового Джейсона, но ими не закрыть исключительную банальность и предсказуемость событий. И ладно обыграл бы Ниспел жанровые штампы, как Александр Ажа в «У холмов есть глаза», так нет же, переработка франчайза закончилась на титульном персонаже, остальное — старые блюда под тем же старым соусом, подающиеся со скоростью конвейера безо всякого соблюдения нормы.

Много крови и короткие шорты подростков – вот секрет формулы. Единственная, и она же генеральная проблема "фильма мёртвых подростков" заключена в том, что секрет этот был исчерпывающе раскрыт в 1980-х и сегодня абсолютно не заводит. Нужно что-то новое, что-то ещё. С этой формулы лепили пародии, с неё снимали кальки подражатели (даже Тарантино отдал ей должное в "Доказательстве смерти"). И как бы изощренно Джейсон не рубил с плеча, и как бы "совершенно неожиданно" он не возникал из-под земли, это лишь условность игры, все уровни которой пройдены уже по несколько раз как минимум двумя поколениями фанатов.

Перезапуск «Пятницы» — очередной пункт пятилетнего плана продюсера Майкла Бэя по переделке золотого фонда американского хоррора — выполнен с приличествующей материалу тупостью и большим ремесленным азартом. Ножи наточены, маска начищена зубным порошком, исполнительницы подобраны с большим вкусом: лучшие моменты картины связаны как раз с осмыслением девичьей анатомии (самый лучший — героиня одновременно лишается мозга и показывает то, что больше всего интересует зрителя). Все правильно, все в железном соответствии с каноном — и потому так вопиюще неувлекательно. Выдернутый из породившего его малобюжетного мирка и поставленный перед широкоугольником самодовольной клипмейкерской камеры Джейсон Вурхис, как часто бывает с героями детства, которых достают с антресолей годы спустя, скукожился и потерял в масштабе и грозности.