Братья

"Братья" - фильм полутонов, заметок на полях, в котором вся прелесть прячется в деталях. Но, как и многие другие подобные филигранные работы, фильм словно не закончен: обрывается на полуслове. Конфликт братьев разрешается простой фразой, звучащей как цитата из отечественного "Брата" - "Ты ведь брат мне". Внутренний конфликт Сэма, излом совести после афганского плена - всего лишь откровенностью. От этого "Братья" воспринимаются лишь демонстрацией актерского мастерства - впечатляющего, конечно, но все равно остающегося, по существу, "пробами не роль" - а не картиной с ясным высказыванием. Психологические наблюдения, достоверность в деталях и тонкая фактура характеров - замечательные элементы кино, но действительно мастерские полотна выдающихся кинорассказчиков всегда венчало не многоточие, а точка.

Переснятый почти слово в слово ремейк трагедии Сьюзан Бир, фильм Джима Шеридана отличается от нее, как личико Джилленхола от помятой физиономии Николая Ли Кааса (он играл «плохого» брата в оригинале). Переместив историю в вылизанный интерьер голливудской картины, Шеридан максимально раскрыл ее душераздирающий потенциал. Ключевое событие — ради собственной шкуры Сэм забил обрезком трубы однополчанина — выдаивается до последней капли трагизма.

Само название смещает акцент с антивоенного пафоса на внутрисемейные проблемы, а именно – на необоснованные подозрения Сэма относительно возможной связи супруги, считавшей, что муж погиб, с собственным братом Томми. Понятно, что в итоге всё вернётся к тяжести переживаний о недостойном поступке, вынужденно (из чувства самосохранения) совершённом капитаном морской пехоты, подсознательно переложившим вину на близких людей. Однако игра Тоби Магуайера и Джейка Гилленхаала, которая могла бы вдохнуть в замысел жизнь, к сожалению, не кажется убедительной, но что ещё хуже – отличается однообразием и поверхностностью. А вот это уже совсем плохо.

При всем старании, которое выказывают в ремейке голливудские актеры, те же персонажи смотрелись куда более живо и полнокровно в исполнении датчан. Любовное притяжение между мнимой вдовой и младшим братом в датском оригинале очевидно, а вот пара Гилленхол—Портман на их фоне выглядит довольно пресно. Это тем более странно, если учесть что сексуальность всегда была важнейшей статьей голливудского экспорта. Возможно, Шеридан счел неуместным педалировать их любовное томление — подозрения Сэма пусть и небеспочвенны, но в то же время несправедливы. Ведь измены как таковой не было, а драматургия должна фокусироваться на главном герое с его душевными терзаниями, которые высвечивают антивоенный пафос истории. Но такой ракурс заметно выхолащивает фильм. Если совестливые персонажи должны были прийти к финалу чистенькими и невинными — стоило ли вообще городить огород с психологией и со Станиславским.