Молодая Виктория

В «Молодой Виктории», продюсированием которой занимался Мартин Скорсезе, с одной стороны, и Сара Фергюсон, герцогиня Йоркская, с другой, чувствуется, соответственно, и американский размах, и английское трепетное придыхание при словах «Виктория и Альберт». Объединенные межнациональные усилия, а также бюджет в 50 миллионов долларов предполагали, наверное, нечто большее, чем задушевная экранизация «Золушки». Однако получилась именно красивая сказка о принцессе, поначалу не имевшей никаких шансов на трон, а тем более, на счастье.

Фильм, который снял Жан-Марк Вале, несмотря на элитарный объект своего повествования, довольно простой и незатейливый. В «Молодой Виктории» вы не увидите никаких классицистических финтифлюшек, в нем нет излишней драматичности и натянутых страстей. Это очень ровная повесть о счастливом браке двух достойных людей, волею судеб оказавшихся монаршими особами. История о самом счастливом и безоблачном браке в истории европейских монархий. И что с того, что это несколько скучновато.

Авторам картины, вероятно, стоило бы держаться классической линии повествования: тогда они надежно оградили бы себя от всяческой мелодрамы, которая во второй половине фильма все-таки берет верх, и очистили бы предысторию викторианской эпохи от общераспространенных клише. Учитывая, какой блестящий актерский арсенал был предоставлен режиссеру (Джим Бродбент, Пол Беттани, Томас Кречманн, Марк Стронг, датчанин Йеспер Кристенсен) и какие меткие социальные характеристики время от времени проскальзывают в сценарии («Врачи-французы убивают своих пациентов, а наши пациенты умирают сами»), менее стандартизированное кино было сделать, в общем-то, не так уж сложно. Достаточно было взять за образец, например, ту же пьесу Алана Беннетта «Безумие Георга III» и поставленный по ней фильм Николаса Хитнера «Безумие короля Георга», благо что данный персонаж – в своем роде образцовый для исторического жанра – упоминается авторами «Молодой Виктории».

В каждой сцене официальных встреч видно, что18-летней Виктории все эти чинные визиты при параде до лампочки, ей дай только вычесать любимую собачку да почирикать с женихом. Но даже если вынести за скобки все костюмированные посиделки при свечах, оставшиеся эпизоды любовной переписки и романтических прогулок в полноценную лав-стори не очень складываются. И дело даже не в том, что на весь фильм только одна постельная сцена (за 20 минут до финала). Просто у монархов запоздалый пубертат — далеко не самый интересный период биографии. Пара свиданий и кружок вальса — скромно даже для позапрошлого столетия, хотя сценарист и нагнетает страсти, как может.

Небольшой конституционный кризис да суровая (не слишком) родня — вот и все конфликты, которые сценарист сумел найти в юности героини. Беттани в роли расчетливого либерального премьера и — особенно — Стронг в единственной отрицательной роли сверкают глазами, явно мечтая сделать что-то по-настоящему запоминающееся, желательно отвратительное, но, увы, история не оставила им такой возможности. Карамельный роман с будущим принцем-консортом и вовсе сюжет для сериала (каковой, к слову, существует): встретились, по­любили, поженились, нарожали детей. Однажды поссорились на почве разделения обязанностей — но тут же помирились, и сдвинули рабочие столы, и договорились вместе заботиться о человеке труда и о процветании искусств и ремесел. Интересный костюмный фильм — неизбежно экранизация желтой прессы соответствующей эпохи. «Молодая Виктория» смотрится скорее как гипотетический фильм про Путина по материалам «Российской газеты».

Так и не разобравшись, как поступить с этой восхитительной бессобытийностью, Валле попадает в незавидное положение человека, пытающегося усидеть на двух стульях: с одной стороны, он оперирует нарочитым академизмом в духе костюмных драм какого-нибудь Айвори, а с другой – выдает дерзкие монтажные стыки и нехарактерную для дворцового кино съемку с плеча. Все это вкупе сходит за симпатичный, но все же неудачный эксперимент, в равной степени далекий как от убийственной точности и лаконичности «Королевы» Фрирса, так и от пугающей масштабности и мрачности «Елизаветы» Капура. В английской «королевской фильмографии» «Молодая Виктория» – кино для галочки, обогатившее статистику и лишь случайным образом избежавшее телеформата.