Полночный поцелуй

«Полночный поцелуй» - кино исключительно о любви. Но такое искреннее, такое несопливое и такое правдивое, что кажется, оно целиком и полностью о жизни. Познакомились в Интернете, встретились, приглядываются. Хотя, казалось бы, ничего не происходит, кроме того, что они безостановочно разговаривают и бродят по улицам Лос-Анджелеса. Но их диалоги, их реакции друг на друга – и есть вся жизнь.

Всё-таки напрасно молодые кинематографисты ныне сторонятся искренности, путая её с простотой, которая, как известно, хуже воровства, и изобретая неоправданно усложнённые сюжетные конструкции, прибегая к избыточным выразительным средствам. Холдридж обнаруживает эстетическое родство разного рода приверженцам фиксации на целлулоидную плёнку «жизни врасплох», по-новому доказывая (точнее, возвращая нас к ощущению, подзабытому в тотально постмодернистскую эпоху), что объектом кинематографического преображения может стать любая мелочь – даже ботинок, выброшенный или забытый нерадивым хозяином на зимнем пляже.

Результат у Холдриджа получился намного более интригующим, чем средний независимый ромком для модной городской молодежи под тридцать. Знаменательно, что пресловутого "Сандэнса", поставившего в зависимость от себя почти всех американских независимых, в списке "Полночного поцелуя" нет. И по здравом рассуждении, это правильно: простая, незамысловатая лав-стори сделана неглупыми, ироничными людьми, и перед критиком, съевшим на авторском кино пуд соли, особо, к счастью, не расшаркивается. Конечно, откопать здесь французский "нувель ваг", как и всякого прочего киностарья, можно без труда, и даже Джона Кассаветиса откопали на одном из фестивалей, вручив картине одноименный приз. Но в конечном итоге история о двух сентиментальных и бестолковых людях, проевших под новый год последний стольник в итальянском ресторане (в Штатах все-таки удивительно человечная ценовая политика), вытекает из простого понимания, что если денег мало, их надо тратить скорее с хорошими эмоциями, чем с большим умом.

Практически фильм «Прогулка», только дешевле и по раздолбанному даунтауну Лос-Анджелеса (старые театры, фондовые биржи, построенные в стиле ар-нуво, — все закрыто, заброшено и покрыто пылью). Ручная видеокамера все время манерно переходит в монохром, немолодой мальчик и немолодая девочка болтают о разной непристойной чепухе: презервативах, бритых лобках и о прочей молодежной фигне, целевая аудитория вспоминает и «На последнем дыхании», и «Перед рассветом», и комедии Джуда Апатоу. Но если начистоту — сделай режиссер Алекс Холдридж из своего расслабленного сценария радиоспектакль, мир ничего не потерял бы.